Родные Есенина

    «Я красивых таких не видел…»


    В этом году младшей сестре Сергея Есенина Александре исполнилось бы 90 лет. В нашем музее к ней особое отношение, здесь о ней сохраняется особая память, потому что многие экспонаты, которые видят теперь поклонники великого русского поэта в Константинове, свято и трепетно в трудные для творчества ее брата годы сберегла именно она и завещала детям передать их в родное село. Ее воля была ими выполнена, и теперь личные вещи матери поэта и самого Сергея Есенина, его книги, фотографии, рукописи составляют основу всех музейных экспозиций и позволяют людям увидеть в музее не только Есенина — большого художника, но и Есенина — человека. Именно Александра Александровна Есенина, написав книгу воспоминаний «Родное и близкое», рассказала нам об укладе жизни семьи и родного села начала прошлого века, об отце и матери поэта и, что самое важное, об отношении Сергея Есенина к родным, к землякам и к своей малой родине.

    29 марта 1911 года, когда родилась маленькая Шура, будущий поэт находился довольно далеко от родного дома: Шура Есенинаон учился тогда в Спас-Клепиках. Разница в возрасте между братом и сестрой была солидной — почти в шестнадцать лет. С огромной нежностью относился к сестре Сергей Есенин, по-отечески заботился о ней, гордился ее успехами, звал ласково Шура, Шуренок, Шуревна. Каждый приезд Сергея Есенина домой был праздником для всей семьи, и в особенности для маленькой Шуры. Ее цепкая детская память запечатлела все подробности нечастых визитов брата в Константиново. «Вечерами, — вспоминает он, — собирались все вместе и пели старинные протяжные народные песни. У Сергея было две самых любимых: «Это дело было раннею весной…» и «Прощай, жизнь, радость моя…».
    Не это ли тепло родительского очага согревало поэта в его скитальческой, бездомной, полной драматизма жизни? Не эти ли песни вспоминались ему, когда он писал, обращаясь к сестре Шуре:

    Ты запой мне ту песню, что прежде
    Напевала нам старая мать.
    Не жалея о сгибшей надежде,
    Я сумею тебе подпевать…
    …Потому так и сердцу не жестко, —
    Мне за песнею и за вином
    Показалась ты той березкой,
    Что стоит под родимым окном.

    Вернувшись из-за границы, Сергей Есенин забрал с собой младшую сестру в Москву в конце 1924 года. Родители отпустили ее, а мать благословила Александру в жизненный путь иконой Тихвинской Божией Матери, которую дочь хранила всю жизнь и которая ныне выставлена в литературной экспозиции музея.
    Обе сестры поэта, Екатерина и Александра, жили теперь в Москве. Осенью 1925 года Сергей Есенин много и плодотворно работал. «Он уставал и нервничал, — вспоминает Александра Александровна. — И он был рад, когда мы, сестры, приходили к нему. С Катей он мог посоветоваться, поделиться своими радостями, а ко мне относился как к ребенку, радостно и нежно».
    Такое отношение Есенина к младшей сестре лишний раз подтверждает одна из последних групповых фотографий поэта, где он запечатлен вместе со своими родными и друзьями. Все смотрят в объектив, а Сергей Есенин в это время показывает Шуре старинную детскую игру «Сороку» и приговаривает так, как когда-то ему приговаривала мать:

    — Сорока, сорока,
    Где была?
    — Далеко.
    — Чего пила?
    — Бражку.
    — Чего ела?
    — Кашку.
    Кашку варила,
    На порог становила,
    Кашку студила,
    Деток скликала.
    Этому кашки,
    Этому бражки,
    Этому пивца,
    Этому винца.
    А ты мал-мал был,
    Никуда не ходил,
    Тебе кашки не дадим.
    Ты дров не рубил,
    Ты печь не топил,
    Ты воду не носил,
    Ты кашку не варил,
    На порог не становил,
    Ты деток не скликал,
    Ты хлеб не пек,
    Тебе — шишок.

    (Записана у дочери А. А. Есениной — Светланы Петровны).

    В теплые тихие сентябрьские дни 1925 года были написаны Сергеем Александровичем Есениным четыре лирических стихотворения, посвященные им «Сестре Шуре». Строки эти полны глубокого светлого чувства братской любви и восхищения молодостью, нетронутостью души, искренностью поведения:

    Я красивых таких не видел,
    Только, знаешь, в душе затаю
    Не в плохой, а в хорошей обиде —
    Повторяешь ты юность мою.
    Ты мое васильковое слово,
    Я навеки люблю тебя.
    Как живет теперь наша корова,
    Грусть соломенную теребя?
    Запоешь ты, а мне любимо,
    Исцеляй меня детским сном.
    Отгорела ли наша рябина,
    Осыпаясь под белым окном?..
    Что поет теперь мать за куделью?
    Я навеки покинул село,
    Только знаю — багряной метелью
    Нам листвы на крыльцо намело.
    Знаю то, что о нас с тобой вместе
    Вместо ласки и вместо слез
    У ворот, как о сгибшей невесте,
    Тихо воет покинутый пес.
    Но и все ж возвращаться не надо,
    Потому и достался не в срок,
    Как любовь, как печаль и отрада,
    Твой красивый рязанский платок.

    Строки эти сложились во время прогулки С. А. Есенина с сестрой по Москве. Александра Александровна вспоминает: С. Есенин с сестрой Шурой. 1925 г.«Когда мы доехали до Театральной площади, Сергей предложил зайти пообедать. И вот я в первый раз в ресторане. Швейцары, ковры, зеркала, сверкающие люстры — все это поразило и ошеломило меня. Я увидела себя в огромном зеркале и оторопела: показалась такой маленькой и неуклюжей, одетой по-деревенски и покрыта красивым, но деревенским платком… Видя мое смущение, Сергей все время улыбался, и, чтобы окончательно смутить меня, он проговорил: «Смотри, какая ты красивая, как все на тебя смотрят». Я огляделась по сторонам и убедилась, что он прав. Все смотрели на наш столик. Тогда я не поняла, что смотрели-то на него, а не на меня, и так смутилась, что уже и не помню, как мы вышли из ресторана».
    Чудом сохранился стеклянный негатив, на котором снята четырнадцатилетняя Шура Есенина в том самом «красивом рязанском платке».
    Известие о смерти брата застало Александру Александровну Есенину в деревне, куда она приехала в конце декабря 1925 года на каникулы. Всей семьей отправились Есенины в Москву, где 31 декабря состоялись похороны Сергея Есенина. В этот день наступила неожиданная ужасающая оттепель, лил сильный дождь, кругом стояли лужи от тающего снега. «К полудню, — пишет А. А.Есенина, — рассеялся туман и выглянуло яркое солнце, но от его тепла не растаяло наше горе». Шура Есенина осталась жить с Галиной Бениславской, была свидетелем и ее трагической кончины. Однако совсем юная, оставшись одна в большом городе, она в этой жизни не потерялась: окончив гимназию, в мае 1929 года она вышла замуж за журналиста Петра Ивановича Ильина, с которым прожила в любви и согласии всю жизнь, воспитала троих детей. На их свадьбе среди прочих гостей были и Зинаида Райх со Всеволодом Мейерхольдом, которые подарили им свою фотографию с такими надписями: «В знак радости за счастье молодых — Шуры и Петра Ивановича — пью и приветствую!!! Зинаида Райх». «Молодоженам счастливого пути до конца их дней вместе, неразлучно… В. Мейерхольд. 26-V-29. Москва».
    Всю свою дальнейшую жизнь посвятила Александра Александровна семье, детям и увековечению памяти брата. С годами она все яснее понимала размеры его дарования, место его лирики в русской литературе и начала записывать воспоминания о нем, его родных, близких, знакомых, а также о том, как воспринимали люди поэзию Сергея Есенина.
    Благодаря Александре Александровне, которая была дружна с дочерью великого русского певца Ф. И. Шаляпина, нам теперь известно о его отношении к творчеству Сергея Есенина. Ирина Федоровна рассказывала: «Однажды там, за рубежом, вспоминая о России, Федор Иванович попросил меня прочитать стихи Есенина. Я начала читать:

    Отговорила роща золотая
    Березовым веселым языком,
    И журавли, печально пролетая,
    Уж не жалеют больше ни о ком…»
    Когда я взглянула на отца,
    его глаза были полны слез…»

    А заслуженный артист республики Николай Федорович Першин, работавший в жанре художественного чтения, так рассказывал ей о своем выступлении в Маньчжурии в 1946 году: «Там доживали свой незавидный век русские эмигранты. На концерте, где исполнялись стихи Есенина о родине, о России, они занимали все первые ряды. Из-за громких рыданий мне несколько раз приходилось прерывать чтение. А после концерта эти немолодые дамы и господа, плача, обнимали мои ноги, сами стоя на коленях, рассказывая сквозь слезы, как съедает их тоска по родине».
    После смерти матери, в июле 1955 года, сестры поэта Екатерина и Александра передали дом Кузьминскому сельскому Совету, чтобы сохранить его для будущего музея. Поначалу в нем разместили библиотеку, но многие тысячи ценителей поэзии Есенина со всех концов страны приезжали в Константиново поклониться его отчему дому. Именно тогда Александра Александровна решила вести тетради отзывов посетителей. Вот некоторые из них: «Слава тебе, Сергей Есенин, — наш звонкий, песенный поэт, — за ту радость, которую ты дал русскому народу! Слава тебе, село Константиново, за то, что ты выпестовало такого певца! 25 августа 1961 г. Ташкент».
    Вадим Каменецкий, рабочий из города Клин, записал ей в тетрадь свои стихи в июле 1959 года:

    Пускай дорог немного мной исхожено,
    Я узнавал о радостях из книг.
    Так много сердца
    в Ваши строки вложено,
    Что станешь здесь поэтом хоть на миг.
    Припомнил путь,
    когда-то Вами пройденный,
    Читал на память сотни Ваших строк…
    Спасибо Вам, что Вы любили родину,
    Как полюбить никто из нас не мог.

    Известный художник Федор Константинов 18 июля 1960 года записал в тетради Александры Александровны: «Сегодня исполнилась моя давняя мечта — побывать на родине великого русского поэта Сергея Есенина. Буквально с замиранием сердца подходил к домику, к месту, где родился Есенин, где проходили его детские годы.
    И как бесконечно печально, что в таком запустении это место… Как мы не умеем ценить и беречь дорогие для каждого русского человека места, связанные с нашими великими людьми — гордостью русской культуры, русской истории…»
    Огромна заслуга сестер поэта в создании музея в Константинове. Александра Александровна вместе со своей старшей Екатерина, Константин и Александра Есенинысестрой Екатериной Александровной не уставала хлопотать о его организации. Ими были отправлены десятки писем в различные инстанции, проведено множество встреч и бесед с руководителями разных уровней. Неоценимую помощь оказали они сотрудникам музея в восстановлении исторического облика заповедного есенинского Константинова. Ими составлен детальный план родительской усадьбы, дома; указано внутреннее расположение комнат в избе. Именно сестры поэта подарили музею семейные реликвии, которые составляют основу мемориальной экспозиции, воссоздающей быт и уклад родительского дома, времени жизни Сергея Есенина.
    Здесь нет ничего лишнего, только самое необходимое для отдыха, работы и молитвы. Иконы и фотографии на стенах, зеркало и часы, деревянные кровати и домотканые дорожки — все эти предметы указывают на непритязательный уют крестьянского жилища двадцатых годов прошлого века. Керосиновая лампа под зеленым абажуром стоит на столе в горнице как безмолвная спутница ночных бдений поэта. Теперь она погашена, а есенинские строки, написанные при ее мерцающем свете, продолжают жить и волновать читателя предельной искренностью:

    Наша горница хоть и мала,
    Но чиста. Я с собой на досуге…
    В этот вечер вся жизнь мне мила,
    Как приятная память о друге.

    Александра Александровна передала в наш музей множество сохраненных ею книг русских и зарубежных писателей, которые составляли личную библиотеку Сергея Есенина и по которым исследователи его творчества могут судить о его читательских пристрастиях.
    А. А. Есенина оставила свидетельства об отношениях брата с людьми, которые проливают свет на некоторые стороны личной жизни поэта и его близких. К примеру, в нашем архиве хранится короткая запись, сделанная ею после прочтения всем известных теперь воспоминаний Галины Бениславской, застрелившейся на могиле Сергея Есенина в 1926 году и похороненной рядом с ним. Необходимо напомнить, что во время их совместной жизни с осени 1924 года Александра Александровна жила вместе с ними, а после смерти брата осталась у Галины Бениславской. А. А. Есенина пишет: «Читая воспоминания Бениславской, невольно вспоминаются слова Блока, которого, кстати, она очень любила декламировать:

    Все-таки когда-нибудь счастливой
    Разве ты со мною не была?

    Галя, Галя! Неужели Есенин был таким, каким ты обрисовала его в своих «правдивых» воспоминаниях? Что же держало тебя около него? Почему ты мирилась со всеми его недостатками? Любовь тебя держала? Но как же можно, любя человека, вспоминать только плохое? А если и было плохо, то любящие люди не пишут об этом. Я что-то не читала ни одних воспоминаний, где вот с такой «правдивой» наготой говорилось о воспоминаемом любимом человеке.
    А твоя смерть на его могиле? Это беззаветная, безграничная любовь к нему?
    Слов нет, Сергей был трудным человеком, но ведь тебе же было около него интересно жить. Его талант, красота, его ум, его нежность и доброта в твоих воспоминаниях утонули в выпивках и буйстве.
    Как же ты могла пойти через год умирать к нему на могилу? Ведь ты же после смерти Сергея любила сына Троцкого (Льва Седова — Л.А.) и умерла после разрыва с ним.

    Нет, не из любви к Сергею ты умерла.
    Со смертью его
    ты не могла найти себя».

    Александра Александровна сохранила и передала в Константиново личные вещи брата, которые оказывают глубокое эмоциональное воздействие на любителей его поэзии. Большинство из них, с которыми поэт непосредственно соприкасался, можно теперь увидеть в экспозициях нашего музея. К их числу относятся его визитная карточка и чернильница, открытки с изображением декабристов и «Библия», звонок от удочки и карандаш, ломберный стол и икона «Святой Преподобный Сергий Радонежский», подаренная С. А. Есенину Великой княгиней Елизаветой Федоровной в Царском Селе в день его именин 8 октября 1916 года во время прохождения им военной службы, а также ряд других экспонатов. Все их свято берегла младшая сестра поэта, обращаясь к которой, он написал:

    Потому и навеки не скрою,
    Что любить не отдельно, не врозь —
    Нам одною любовью с тобою
    Эту родину привелось.

    Умерла Александра Александровна в Москве 1 июня 1981 года и похоронена на Ваганьковском кладбище, совсем недалеко от своего старшего брата — великого русского поэта Сергея Есенина.

    Лидия Архипова, главный хранитель Государственного музея-заповедника С. А. Есенина. с. Константиново.




© SER-ESENIN.RU 2005-2016
При перепечатке материалов гиперссылка на сайт ser-esenin.ru обязательна. Все материалы являются собственностью их авторов.
С.А. Есенин ::: Жизнь моя, иль ты приснилась мне...

Наверх