Ser-Esenin.ru

В помощь школьнику и студенту!

Сочинение на тему: Иван Денисович. Произведение: Один день Ивана Денисовича

Сочинение на тему: Иван Денисович. Произведение: Один день Ивана Денисовича

Иван Денисович Шухов – заключенный, отбывающий срок в сибирском каторжном лагере.

И.Д. - крестьянин 40-ка лет. Сидит за «измену родине» - вместе с товарищами выбрался из немецкого плена, пробрался к своим, а те сдали их куда надо. На допросе И. Д. подписал бумаги, в которых говорилось, что он добровольно сдался в плен, стал немецким шпионом и выполнял задание немецкой разведки. Всю эту клевету герой подписал, потому что хотел жить: «подпишешь – поживешь еще малость». Срок И.Д. заканчивается – он сидит 9-ый год. Дома у него осталась семья: жена и две дочки. У И.Д. нет половины зубов, зато огромная борода и бритая голова. Одет, как все лагерники: ватные брюки, телогрейка, бушлат, валенки. В лагере герой числиться под номером Ш-854. И.Д. изучил все лагерные законы и живет по ним. Главный враг арестанта – другой арестант. Если бы заключенные не конфликтовали между собой, то начальство не имело бы над ними силы. Поэтому самый главный закон: оставаться человеком, не суетиться, знать свое место. И.Д. – лучший мастер в бригаде. Он привык работать хорошо, придерживается этого принципа и в лагере. Труд – его отдушина и отрада. Здравый смысл, крестьянская мудрость, высокая нравственность помогают герою не только выжить, но и суметь быть счастливым: «Засыпал Шухов вполне удоволенный. На дню у него выдалось много удач: в карцер не посадили,…в обед он закосил кашу, бригадир хорошо закрыл процентовку, стену Шухов клал весело…, подработал вечером у Цезаря и табачку купил. И не заболел, перемогся. Прошел день, ничем не омраченный, почти счастливый».

ИВАН ДЕНИСОВИЧ — герой повести-рассказа А.И.Солженицына «Один день Ивана Денисовича» (1959-1962). Образ И.Д. как бы сложен автором из двух реальных людей. Один из них — Иван Шухов, уже немолодой боец артиллерийской батареи, которой в войну командовал Солженицын. Другой — сам Солженицын, отбывавший срок по пресловутой 58-й статье в 1950-1952 гг. в лагере в Экибастузе и тоже работавший там каменщиком. В 1959 г. Солженицын начал писать повесть «Щ-854» (лагерный номер зека Шухова). Затем повесть получила название «Один день одного зека». В редакции журнала «Новый мир», в котором впервые была напечатана эта повесть (№ 11, 1962), по предложению А.Т.Твардовсюго ей дали название «Один день Ивана Денисовича».

Образ И.Д. имеет особое значение для русской литературы 60-х гг. наряду с образом до-пора Живаго и поэмой Анны Ахматовой «Реквием». После опубликования повести в эпоху т.н. хрущевской оттепели, когда был впервые осужден «культ личности» Сталина, И.Д. стал для всего тогдашнего СССР обобщенным образом советского зека — заключенного советских исправительно-трудовых лагерей. Многие бывшие осужденные по 58-й статье узнавали»Шв.Д. самих себя и свою судьбу.

И.Д.Шухов — герой из народа, из крестьян, судьбу которого ломает беспощадная государственная система. Попав в адскую машину лагеря, перемалывающую, уничтожающую физически и духовно, Шухов пытается выжить, но при этом остаться человеком. Поэтому в хаотической круговерти лагерного небытия он ставит самому себе предел, ниже которого не должен опускаться (не есть в шапке, не есть рыбьи глаза, плавающие в баланде), — иначе гибель, сначала духовная, а потом и физическая. В лагере, в этом царстве беспрерывной лжи и обмана, гибнут именно те, кто предает себя (лижет миски), предает свое тело (околачивается в лазарете), предает своих (стукач), — ложь и предательство губят в первую очередь именно тех, кто им подчиняется.

Особые споры вызвал эпизод «ударного труда» — когда герой и вся его бригада вдруг, словно забыв, что они рабы, с каким-то радостным энтузиазмом берутся за укладку стены. Л.Копелев даже назвал произведение «типичной производственной повестью в духе соцреализма». Но этот эпизод имеет прежде всего символическое значение, соотносимое с «Божественной комедией» Данте (переход из нижнего круга ада в чистилище). В этом труде ради труда, творчестве ради творчества И.Д. строит уже не пресловутую ТЭЦ, он строит себя, вспоминает себя свободного — он возвышается над лагерным рабским небытием, испытывает катарсис, очищение, он даже физически перебарывает свою болезнь. Сразу после выхода «Одного дня» в Солженицыне многие увидели нового Льва Толстого,»Шв.Д. — Платона Каратаева, хотя он и «не округл, не смирен, не спокоен, не растворяется в коллективном сознании» (А.Архангельский). В сущности при создании образа И.Д. Солженицын исходил из мысли Толстого о том, что день мужика может составить предмет для такого же объемистого тома, как несколько веков истории.

В определенной степени Солженицын противопоставляет своего И.Д. «советской интеллигенции», «образованщине», «платящей подать в поддержку обязательной идеологической лжи». Споры Цезаря и кавторанга о фильме «Иван Грозный» И.Д. непонятны, он от них отворачивается как от надуманных, «барских» разговоров, как от надоевшего ритуала. Феномен И.Д. сопряжен с возвращением русской литературы к народничеству (но не к народности), когда в народе писатель видит уже не «правду», не «истину», а сравнительно меньшую, по сравнению с «образованщиной», «подать лжи».

Еще одна особенность образа И.Д. в том, что он не отвечает на вопросы, а скорее задает их. В этом смысле значителен спор И.Д. с Алешкой-баптистом об отсидке как страдании во имя Христа. (Этот спор напрямую соотносится со спорами Алеши и Ивана Карамазовых — даже имена героев те же.) И.Д. не согласен с таким подходом, но примиряет их «печенье», которое И.Д. отдает Алешке. Простая человечность поступка заслоняет и исступленно-экзальтированную «жертвенность» Алешки, и упреки Богу «за отсидку» И.Д.

Образ И.Д., как и сама повесть Солженицына, стоит в ряду таких явлений русской литературы, как «Кавказский пленник» А.С.Пушкина, «Записки из мертвого дома» и «Преступление и наказание» Ф.М.Достоевского, «Война и мир» (Пьер Безухое во французском плену) и «Воскресение» Л.Н.Толстого. Это произведение стало своего рода прелюдией для книги «Архипелаг ГУЛАГ». После выхода в свет «Одного дня Ивана Денисовича» Солженицын получил от читателей огромное количество писем, из которых позже составил антологию «Читают «Ивана Денисовича»».
Наверх